Пророк Иезекииль — третий в списке великих пророков-писателей Ветхого Завета. В предыдущих выпусках мы говорили об Исаии и Иеремии, которые жили и пророчествовали, главным образом, в Иерусалиме. А Иезекииль — это пророк эпохи плена.

В 597 г. до Р.Х. Навуходоносор совершил свой второй военный поход в Палестину, в результате которого были уведены в плен вторая группа иудеев, около 10 тыс. человек, во главе с недостаточно благонадежным для вавилонян царем Иехонией. В этой группе преобладали люди благородного происхождения, профессионалы: ремесленники и воины. Среди этой волны переселенцев находился молодой священник Иезекииль.

Священники и левиты в Вавилоне оказались в очень сложном положении. Кузнецу или плотнику нетрудно было найти работу в процветающей и развивающейся стране. Также и воины-профессионалы тоже были востребованы в Вавилоне. А вот что делать священникам, жизнь которых вращается вокруг храмового богослужения, если они находятся за сотни миль от Иерусалима?

История показала, что плен послужил во благо всему Израилю, в том числе и священникам. Евреи как народ, после вавилонского плена, никогда больше не совращались в многобожие, в идолопоклонство, если не считать современное состояние израильского общества и его атеизм, как разновидность идолопоклонства. На чужбине и священники переосмыслили свое призвание. До того они слишком часто фокусировались на обрядах, а в Вавилоне, будучи свободными от храмовых церемоний, они сконцентрировались на Божьем Слове, священных Писаниях. Пророк Малахия уже после плена обозначит так обязанности священников:

Уста священника должны хранить ведение,
и закона ищут от уст его,
потому что он вестник Господа Саваофа. (Мал.2:7)

Фактически, это очень похоже на то, чем занимались пророки в допленную эпоху и что стало главной задачей священников после ухода пророческого служения со сцены. Иезекииль был одним из таких священников, которые скоро осознали себя вестниками Господа.

Книга Иезекииля — это своеобразная автобиография пророка. Определять даты произнесения пророчеств, записанных в ней очень легко, потому что автор указывает точную дату каждой серии пророчеств. Первое пророчество датируется 592 годом, а последнее — 572. 592 год пророк называет “тридцатым годом”. Большинство исследователей Библии считает, что это указание на возраст пророка.

Как и пророка Исаию, пророческое призвание захватило Иезекииля внезапно. Только в отличие от Исаии, который встретился с величием Божьим в иерусалимском храме, Иезекииль увидел видение этой славы Божьей далеко за пределами Иудеи — на берегу реки Ховар, одного из рукавов Евфрата, невдалеке от Вавилона. Впечатление же, воздействие же славы Божьей было таким же неотразимым как и в храме. Когда Иезекииль описывает славу Божью в первых двух главах, он постоянно использует слово “демут”, что обозначает “отдаленное подобие”. Всякий раз, пытаясь рассказать, что он увидел, как Бог явился ему, он все время подчеркивает: это всего лишь отдаленное подобие, это невозможно описать, это выходить за пределы человеческого понимания:

И я видел, и вот, бурный ветер шел от севера, великое облако и клубящийся огонь… а из средины его как бы свет пламени… и из средины его видно было подобие четырех животных… облик их был, как у человека;
И руки человеческие были под крыльями их… крылья их соприкасались одно к другому; во время шествия своего они не оборачивались, а шли каждое по направлению лица своего…
И животные быстро двигались туда и сюда, как сверкает молния…
и вот, на земле подле этих животных по одному колесу перед четырьмя лицами их… и по виду их и по устроению их казалось, будто колесо находилось в колесе.

Это сюрреалистическое зрелище явления, которое противоречило законам природы: животные как люди, движущиеся в четыре направления концов света со скоростью молнии, и при этом не расходящиеся друг от друга, постоянно вместе, огонь, дым, колеса, ободья которых полные глаз — это видение могло потрясти любого, не только Иезекииля. Подобно как Исаию, Бог укрепил Иезекииля и послал его к народу Израиля, подобно Иеремии:

Сын человеческий! Я посылаю тебя к сынам Израилевым, к людям непокорным… с огрубелым лицем и с жестоким сердцем; к ним Я посылаю тебя, и ты скажешь им: „так говорит Господь Бог!»
Ты будешь жить у скорпионов; не бойся речей их и не страшись лица их, ибо они мятежный дом и говори им слова Мои, будут ли они слушать, или не будут. (2:3-7)

Иезекииль вернулся домой, в небольшое поселение Тель-Авив (не путать с современным городом в Израиле). Там дом пророка стал местом, куда стекались евреи послушать слово Божье и обсудить последние новости.
Первая весть, которую передал им Иезекииль — сообщение о гибели Иерусалима. Переселенцы получали время от времени письма с родины, некоторые из них были очень оптимистичны, особенно после знаменитого пророчества Анании, пообещавшего скорое избавление от вавилонян. У Иезекииля было другое сообщение народу. По Божьему повелению он устроил пантомиму с кирпичной моделью Иерусалима. Это была не игра в солдатики, как могли посмеиваться зрители, а зловещее пророчество о страшной осаде и гибели столицы Иудеи. (Иез. 4-7)

Вне дома меч,
а в доме — мор и голод. (7:15)

Иезекииль не называл дат, до разрушения Иерусалима оставалось пять лет, так что за эти годы немалое число его слушателей не принимали его пророчества всерьез.

„Пророческое видение, которое видел он,
сбудется после многих дней,
и он пророчествует об отдаленных временах». (12:27)

Тем более трудно было вчерашним иерусалимлянам поверить в реальность пророчеств, потому они переворачивали вверх дном все их представление о мире. С молоком матери они усваивали веру в то, что Бог избрал соломонов храм местом обитания. В священных Писаниях говорилось о том, что слава Божья сошла в храм и стала там пребывать со дня посвящения храма Соломоном. Многочисленные псалмы Давидовой Псалтыри воспевали храм, как место пребывания Бога — подножие ног Его. Вечный Бог решил пребывать там вечно. Как может быть такое, чтобы Иерусалим или даже более того — храм был разрушен? Пророчества Иеремии и Иезекииля не оставляли от стройного богословия иудеев камня на камне. Вот почему им не верили до последнего.

И тогда Бог через Иезекииля стал открывать, почему и как будет уничтожен Иерусалим — зеница ока Божьего. Год спустя Бог в духе перенес Иезекииля в иерусалимский храм. Перед его глазами предстали отвратительные картины тайно совершаемых в храме богослужений в честь скверных языческих идолов: влиятельные люди Иудеи поворачиваются спиной к Святому Святых, чтобы припасть лбами к богу Солнца. (Иез. 8)

Иезекииль говорит о сугубой вине пророков, которые не говорили правды.

Пророки твои, Израиль, как лисицы в развалинах.
В проломы вы не входите и не ограждаете стеною дома Израилева,
чтобы твердо стоять в сражении в день Господа.
Они видят пустое и предвещают ложь, говоря: „Господь сказал»;
а Господь не посылал их; и обнадеживают, что слово сбудется. (13:4-6)

Говорить обнадеживающие, но безосновательные слова, — совсем не значит, защищать народ. Напротив, пустопорожние речи вдохновляют людей питать надежду там, где нет никакой надежды, и как результат, доводят людей до момента, когда уже поздно что-либо менять.

Они вводят народ Мой в заблуждение, говоря: „мир»,
тогда как нет мира.

Иезекииль сравнивает пророков со строителями укрепленных стен вокруг Иерусалима. Лживые пророки — все равно, что строители, использующие вместо цемента грязь.

Посему так говорит Господь Бог:
Я пущу бурный ветер во гневе Моем,
и пойдет проливной дождь в ярости Моей,
и камни града в негодовании Моем…
И разрушу стену, которую вы обмазывали грязью, и повергну ее на землю… (13:13-14)

Видения Иезекииля, одно за другим, показывали, что иерусалимский храм больше не существует для того, чтобы поклоняться единому истинному Богу. Это вертеп разбойников, это пристанище блудников, это дом торговли самым святым на земле.

Иезекииль, вослед за Осией и Иеремией, сравнивает еврейский народ с женщиной, которая предала своего мужа. Натуралистическое до отвращения описание блудной женщины, сохранившееся в 16 и 23 главах, должно было шокировать слушателей пророка, заставить их осознать насколько велика их вина перед Всевышним.

Ты – земля неочищенная, не орошаемая дождем в день гнева!

Священники ее нарушают закон Мой и оскверняют святыни Мои, не отделяют святого от несвятого и не указывают различия между чистым и нечистым…
Князья у нее как волки, похищающие добычу; проливают кровь, губят души, чтобы приобрести корысть.
А пророки ее все замазывают грязью, видят пустое и предсказывают им ложное, говоря: „так говорит Господь Бог», тогда как не говорил Господь.
А в народе угнетают друг друга, грабят и притесняют бедного и нищего, и пришельца угнетают несправедливо.
Искал Я у них человека, который поставил бы стену и стал бы предо Мною в проломе за сию землю, чтобы Я не погубил ее, но не нашел. (22:25-30)

Внезапно Иезекииль увидел, как слава Божия, сотни лет пребывающая над золотыми ангелами, прикрывающими своими крыльями ковчег завета во Святом Святых иерусалимского храма, двинулась и медленно переместилась к порогу храма. (9:3) Иезекииль продолжал наблюдать, как Божье присутствие отдалялось все дальше здания, пока оно не исчезло из глаз. Последний раз пророк видел славу Божью над горой, за пределами города, которая со времен Иисуса Христа известна нам как гора Елеонская. (11:23)

Наступил этот самый, многократно предсказанный пророками день гнева. В тот самый день, когда стенобитные машины царя Навуходоносора разрушали Иерусалим, и никто из переселенцев еще не знал об этом, Бог открыл Иезекиилю, что происходит у него на родине. И здесь в жизни пророка случается то, во что не хочется верить. Вот как он описывает это:

И было ко мне слово Господне:
сын человеческий! вот, Я возьму у тебя язвою утеху очей твоих; но ты не сетуй и не плачь, и слезы да не выступают у тебя; вздыхай в безмолвии…
И после того, как говорил я поутру слово к народу, вечером умерла жена моя, и на другой день я сделал так, как повелено было мне. (24:15-18)

В который раз мы встречаемся с тем, что сама личная жизнь пророков становилась притчей и пророчеством для их слушателей. Дети Исаии носили странные имена, Иеремия вынужден был вести одинокую жизнь, без семьи, без любящих людей рядом, супруга Осии изменяла ему, а Иезекииль потерял любимую жену, “утеху очей”. Соседи спрашивали его: “Почему ты устраиваешь плача по умершей? Тебе все равно? Говорят, ты любил ее очень?” Но на все расспросы пророк давал один ответ: на фоне того, что происходит сейчас в Иерусалиме, на фоне тех мук, которые переносит сейчас народ, моя личная боль — ничто.

И будет для вас Иезекииль знамением:
…и когда это сбудется,
узнаете, что Я Господь Бог. (24:24)

В середине книги Иезекииля, с 25 по 32 главы, содержатся пророчества против народов, окружавших Израиль. В пророчестве о царе Тира неожиданно появляется новый элемент, который станет характерным для апокалипсической литературы. Пророчествуя о царе Тира, хотя и могущественном, но ограниченном по силе и возможностям человеке, Иезекииль начинает говорить о существе, которое скорее выглядит божеством, чем человеком:

Ты находился в Едеме, в саду Божием…
Ты был помазанным херувимом…
Ты был на святой горе Божией, ходил среди огнистых камней.
Ты совершен был в путях твоих со дня сотворения твоего, доколе не нашлось в тебе беззакония. (28:13-15)

Традиционно, толкователи Библии считают, что в этих стихах описано скорее падение сатаны, чем гибель тирского царя. Но так часто бывает, что люди, посвятившие себя исполнение воли дьявола, приобретают сатанинские черты характера: гордость, своеволие, наглость, напыщенность, богохульство… Слуга становится похожим на господина.

К сожалению, даже точное исполнение пророчеств Иезекииля не изменило отношения людей к пророку. Они не воспринимали его всерьез, и позволяли себе насмешки над словом Божьим.

А о тебе, сын человеческий,
сыны народа твоего разговаривают у стен и в дверях домов и говорят один другому, брат брату: „пойдите и послушайте, какое слово вышло от Господа».
И вот, ты для них – как забавный певец с приятным голосом и хорошо играющий; они слушают слова твои, но не исполняют их. (33:30, 32)

Вероятно, как нередко бывает, несбывшиеся надежды обернулись цинизмом, разочарованием в Боге, иронией над пророками… Теперь евреи, оказавшиеся в плену, не верили ничему. Ни тому, что они — избранный Богом народ, ни тому, что Бог — их защитник, ни тому, что Бог вернет их на родную землю и они восстановят Иерусалим.
Иезекииль пророчествовал:

И выведу их из народов, и соберу их из стран, и приведу их в землю их, и буду пасти их на горах Израилевых…
Я буду пасти овец Моих и Я буду покоить их, говорит Господь Бог. (34:13-15),

но евреи недоверчиво качали головами: “Иссохли кости наши, и погибла надежда наша, мы оторваны от корня”. (37:11)

И все же не напрасно неустанно проповедовал Иезекииль, не пропали попусту письма Иеремии, не исчезли пророчества Исаии. Значительная часть священников и вообще людей, боящихся Бога, стали все чаще обращаться к пророческому наследию. Слова пророков, над которыми насмехались их отцы и они сами, стали читаться в собраниях рассеянных по Вавилонской империи евреев. Первые синагоги появились именно здесь — в изгнании. Оторванные от храма, евреи сохраняли свою духовную идентичность, собираясь вместе каждую субботу, чтобы петь песни Сиона (“Забудь меня правая рука моя, если я забуду об Иерусалиме”), читать закон и пророков, исповедоваться перед Всевышним за свои грехи и безрассудство.

Пророку хотелось знать больше, какое будущее уготовал Своему народу Господь? Оказывается, не все так будет безоблачно и в том далеком будущем. Дьявол еще не раз попробует стереть с лица земли народ завета. В последнее время его усилия будут особенно губительны. В 38 — 39 главах пророк говорит о смертельной опасности, которая нависнет над мирным Израилем с нашествием некоего Гога из северной страны Магог. Исследователи Библии бьются над тем, чтобы понять, кто этот таинственный Гог и что за земля это — Магог. Толкования есть самые экзотичные. На север от Израиля лежат и Турция, и Украина, и Россия. Меридиан, пересекающий Иерусалим, проходит и через окрестности Харькова и Москвы. Учитывая, что антисемитизм, как герпесный вирус, универсален и может поработить даже такие просвещенные народы, как немецкий, не будет ничего удивительного, если очередным идеологом “окончательного решения еврейского вопроса” станет лидер одной из этих стран.

Но Иезекииль не задерживается на этой теме. Для него гораздо важнее не описание угроз еврейскому народу, а картина храма и богослужения в обновленном Израиле. Последние девять глав книги, с 40 по 48, содержат в себе подробное описание устройства храма, который пророк увидел в последнем видении в 572 году. Чем больше мы вникаем в подробности описания храма, тем больше понимаем, что это символ. Храм — идеальной квадратной формы, ориентированный на четыре стороны света, земля нарезана на участки для всего народа Израилева, Святое Святых — не маленькая темная комнатка, как в Соломоновом храме, а “на вершине горы все пространство его вокруг – Святое Святых”. И наконец, город этот называется уже не Иерусалим, а “Иегова-Шамма” — “Господь там!” (48:35)